Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:10 

Santa Evita
Любуйся мной, мальчик, люби других
Через неделю она вернулась. Не обиделась, не расстроилась, не стала ничего требовать, а просто позвонила, собралась и уже через час возникла в дверях.
Это было настолько идеально, насколько только можно было представить.
Суть разговора пролетела мимо, но Королёву не хотелось разговаривать. Слова и слова, что с них взять? На Марину можно было просто смотреть. Как она закусывает губу, как поправляет очки, как щурится, когда улыбается. Волосы в хвосте так красиво переливаются под жёлтыми лампами, как будто не волосы вовсе, а золотые нити. И глаза у неё серебряные. Не подруга, а настоящая драгоценность.
- Виктор Аркадьевич...
Чёрт тебя побери, Кира, как же ты невовремя!
Ну какое ещё к дьяволу совещание? Не видишь, что ли, у меня тут подруга. И в планах у меня на сегодня - неужели, обалдеть можно - ничего нет. Ты их из воздуха берёшь, что ли, эти совещания?
Не хочу никуда, хочу остаться здесь и смотреть на свою Марину.
Поэтому ты уволена. А Марина меня подождёт. Сама сказала, что сегодня не занята.

***

Посмотреть на Марину вышло только к вечеру - после совещания в кабинете обнаружилась тётя Тоня, и её сверхсерьёзный разговор на тему дня рождения компании продлился почти три часа.
Проблем обозначили немерено, и почти все свалили на парня. Ты не умеешь общаться с людьми, заметила тётя Тоня, а тебе придётся. Ты уверен, что достаточно хорошо знаешь английский? И не забудь изучить сто тысяч гостей, да-да, каждого и до деталей. И детали, конечно же, скучные и бесполезные.
Когда они закончили, Королёву хотелось не с Мариной общаться, а запереться в шкафу на пару суток. Но Марина просидела здесь целый день, и что за скотство будет её прогнать?
Вечно всё не к месту...
Парень заливался алкоголем и чувствовал себя оправдывающимся идиотом. Прости, Марина, я бы хотел провести вечер с тобой, но этот день рождения. Прости, Марина, я очень тебя люблю, но болтать-то мне придётся с другими людьми. Прости, Марина, ты невероятно красивая, но ко мне мы сегодня не поедем. Прости, Марина, я опять в какой-то заднице, и ты в этом не виновата.
Какая часть этого была произнесена вслух, Королёв не проконтролировал. Девушка просила его закусывать и всячески интересовалась ситуацией - вестимо, не самая худшая.
Повезло.
А если на дне рождения не повезёт? Не будет же никто ходить за ним по пятам и переводить с королёвского на человеческий. Тётя Тоня предлагала референта, но как референт поймёт хоть что-нибудь, если Королёва он совсем не знает? И времени на знакомство нет.
И людей таких на свете тоже не существует. Королёва - со всеми его заковырками - терпеть могла только Марина. Даже любить умудрялась, что казалось совершенно особенной и непостижимой магией, непостижимой настолько, что сам Королёв отчаялся дать ей объяснение. На то оно и волшебство.
А ещё, вспомнил парень, у этой волшебницы два иностранных языка, отточенные каким-то богом манеры и модельная фигура. И если и был какой-то критерий, по которому она не подходила на роль референта, то только её согласие.
Проще говоря, подходила она целиком.

***

Найдите кого-нибудь на замену прямо сейчас, сказал Королёв тёте Тоне, и тётя Тоня сдалась. Предложила представить Марину девушкой Вити, но тот не согласился. Девушки в его голове были кем-то вроде второй жены отца - тупыми и гламурными курицами, - а Марина была и умная, и красивая совершенно по-другому. Сошлись на ассистентке.
И всё получилось. Тётя Тоня к концу вечера их даже похвалила, да и Марина не выглядела несчастной, и это радовало куда больше тётьтониной похвалы.
Королёв подарил девушке платье и увёз её к себе.
И понял, что страшно соскучился. По волосам на плечах, по выступающим ключицам, по тому, как Марина целуется, когда на них никто не смотрит. По единственному языку, на котором он умеет говорить, что любит. По тем редким моментам, когда они с Мариной полностью друг друга понимают.
По единственным, когда без этого понимания можно было бы обойтись.

***

Расследование шло своим чередом. Марине Королёв про него не рассказывал, потому что нечего ей знать, сколько у папы побед на любительских лыжных забегах или какие суммы он тратил, выкупая на аукционах оригиналы шедевров живописи. Про суммы не знал и Королёв-младший - расшифровку счёта ему за отсутствием доверенности никто бы не выдал, - но едва ли его это остановило.
Между взломом банка и вовлечением полиции парень выбрал взятку. За определённую сумму денег нотариус переоформил доверенность на него, и папина финансовая история всё же оказалась у наследника на руках.
Лучше бы её там не было.
Ни единой зацепки к убийству. Ни единой. Только крупные переводы на счёт некоторой Беляевой А.С., которая ни черта не некоторая, а вполне себе осязаемая Антонина Семёновна, и эти переводы очень легко объяснила бы версия любовников, а с кем там папа спал, Королёва не интересовало от слова совсем.
Но надо было проверить, и в один из вечеров парень отправился не домой, а в кабинет тёти Тони. Кабинет был хозяйке под стать - весь в каких-то безделушках и растениях, стол завален бумагами, где-то там же фотография Киры и крошечный плюшевый медведь. Копаться в этом не хотелось, и в первую очередь Королёв включил компьютер.
В рабочем почтовом ящике царил хаос и погром, вчитываться в который не было смысла; не менее беспорядочной оказалась и личная почта, чей пароль женщина опрометчиво подарила браузеру. Однако под тем же логином можно было зайти на кучу других сервисов, и Королёв решил, что надо поискать фотографии. Такая женщина, как тётя Тоня, должна была где-нибудь сохранить красивый снимок с возлюбленным, и это сошло бы за доказательство.
Снимок нашёлся.
Антонина Семённа, в неформальной обстановке одетая ещё ярче, чем обычно, Королёв-старший с его знакомой холодной улыбкой... и мальчик лет десяти. Слишком явно похожий на обоих, чтобы остались какие-то сомнения.
И фотография была не единственной. Был целый альбом, полный солнечных снимков, датированных разными днями, и это было так похоже на нормальную, правильную, хорошую семью, что...
Что ничего.
Это же не наводит на убийцу. Это не улика, не наводка, даже не нить. Маленького мальчика подозреваемым не назовёшь, так что логично закрыть страницу и вернуться домой, расследование-то не закончилось, а время осталось.
Только логика почему-то не работала. Вставай, говорила логика, а Королёв не мог сдвинуться с места. Расследуй, продолжала она, а ему хотелось лечь и сдохнуть, потому что какой в этом всём смысл.
Потому что нет никакого смысла, потому что он - ненужный, нелюбимый, случайный ребёнок, которому давали денег и ожиданий и тут же выпинывали из своего мира. Потому что он и в компании никому не нужен, и все с ним носятся только из-за должности, на которую назначили в дань уважения его замечательному отцу, который так сильно этого хотел.
Который так сильно его любил, что мог разговаривать с сыном раз в пару месяцев, да и разговор был бы об учёбе или лекцией на тему «как думают умные люди». Который так сильно им дорожил, что с собой на отдых стал брать только тогда, когда можно было уйти куда-нибудь на целый день и знать, что дитятко уже слишком разумное, чтобы убиться. Который был убит.
Расследование убийства было делом чести и данью любви, но какая уж тут честь и тем более откуда взялась любовь. Расследование было глупой идеей, вот и всё.
А других, подумал Королёв, у него никогда и не было.

***

Посыпалось всё.
Совсем всё.
Если после смерти отца Королёву хватило вечера в тишине, то теперь у него были десятки этих вечеров, но и их было мало. Мир не складывался.
Королёв - не складывался. Мир-то прекрасно существовал, особенно без его участия.
Королёв же всем только мешал. Доводил до белого каления тётю Тоню, когда она пыталась выбить из него какую-нибудь реакцию кроме «ок» и «мне плевать». Расстраивал Марину, когда она приезжала к нему и спрашивала, как дела, а он смотрел на неё и молчал, потому что не мог придумать, что ей сказать, и думал над этим так долго, что девушка вздыхала и уходила. Выводил из себя новую секретаршу, которая устала рассказывать всем, почему это Виктора Аркадьевича нет на месте, когда он там есть.
Первую неделю у него ещё получалось как-то разговаривать с людьми. Когда Марина спросила, как дела с расследованием, он ответил, что никак, и она сказала слава богу, и это была просто огромная, длиннющая по его меркам беседа. Потом и разговоры стали ссыпаться куда-то в пропасть, туда же летело всё остальное, и Королёв не знал, как это остановить.
Он думал.
Он много думал.
Он искал, за что можно уцепиться, где в его существовании ещё остался смысл, где есть на этот чёртов смысл хотя бы надежда - но ни находил ни того, ни другого, ни третьего. Лучшее из того, что он находил - отцовский мини-бар.
На работе (можно ли это назвать работой?) Королёв присутствовал по инерции, по инерции же приглашал Марину на очередное тупое мероприятие и дарил ей в конце вечера платье, и отвозил к себе, потому что ей наверное хотелось какого-то внимания, и ужасно, что всё, что он мог - это тупо сидеть напротив и смотреть на неё, пока не захочется спать, и с помощью алкоголя отвечать на какие-то вопросы, но отвечать так, что лучше бы молчал.
В какой-то там раз Марина сказала, что хочет поехать не к нему, а домой, и Королёв подумал, что это она очень правильно решила, да только один лишний вечер никак не помог, и всю ночь его почему-то тошнило, хотя он даже ничего не пил.
А в следующий раз Марина развернулась и ушла прямо посреди вечера, и никак не объяснила свой поступок.
Королёв смотрел ей вслед и не знал, бежать или остаться. Если догонит, то что он ей скажет, прости меня, ты девушка, я всё понял? Это нихрена не комплимент, он вообще не то имел в виду, и пока он будет это объяснять и пока до неё это дойдёт, она успеет ещё три тысячи раз на него обидеться, и... всё это бесполезно.
Если он ей не нужен - так и должно происходить.
Ничего хорошего он для неё всё равно не сделает.
Но если для Марины он был готов хотя бы пытаться, то остальные могут идти лесом, и в первую очередь - любимый папа и его обожаемая компания.
К чёрту всех.
- Виктор Аркадьевич, вы куда?! - ошалела тётя Тоня и схватила парня за локоть. - Не смейте никуда уходить!
Королёв молча вырвал руку и продолжил идти в сторону выхода, и женщина завопила, что за руль его в таком виде ни за что не пустит, и парень демонстративно вызвал убер. Не то чтобы Антонину Семёновну это заткнуло - но уехать не помешало.
Дома Королёв первым делом выключил телефон.
Если кто-нибудь и сможет до него теперь достучаться, то только он сам.

@темы: [little big story], [lbs: victoria]

Комментарии
2017-02-19 в 13:01 

Homeopathy
Ууууууууу, какая грустнота ;_____;
Жестоко вот так описывать с двух сторон. Обоих жалко :(
Вообще круто очень, с этой стороны всё вообще не так, но грууустно.

2017-02-19 в 16:13 

Santa Evita
Любуйся мной, мальчик, люби других
Жестоко вот так описывать с двух сторон. Обоих жалко :(
Добро пожаловать в ЛБС :D

Спасибо за отзыв :heart::heart::heart:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Everyday I am writing

главная